Воспоминания очевидцев голода 1946-1947 гг.


ДЖАНСЫЗ ДМИТРИЙ ФЕДОРОВИЧ, 1932 года рождения, уроженец п. Мангуш, Первомайского района.
«То, что мы видели и пережили нельзя пожелать самому злейшему врагу. В 1946 году мнет было 14 течение. Ходили мы с сестрой в школу, На весь класс была одна чернильница, писали на обрывках газет, В школе пишем, а домой приходим ничего не разберем. Все дети голодные, обессиленные. Нашу семью выручала картошка, в тот год оная у нас уродила.
Собирали на балках «дерезу» - кустарник такой, сушили ветки, мололи из нее муку и бабушка пекла нам пышки. Они получались черные, как уголь.
После школы ходили на поля, собирали колоски для колхоза, а если подвернулась удача и нашли мышиные запасы зерна в перемешку с землей, то это был «праздник».
Я росс без отца, был единственным сыном в семье, и поэтому приходилось вместе с мамой ходит за 60-70 километров в другие села, для того, чтобы обменять какую-либо одежду на кукурузу, пшеницу.
Ходили в Ялту с тачечкой за тюлькой. Возьмем полную тачку, кушать хочется, а мама даст немножко и больше не разрешает. Нельзя было. И с голода много людей умирало и после тюльки тоже».

АСЛАНОВ ИВАН АНАСТАСЬЕВИЧ, 1933 года рождения, инвалид II группы, уроженец п. Мангуш Первомайского района.
Это голодное время я хороший помню. Мнет было 13 течение. В матери нас было четверо, отца забрали в 1943 году, в том же году вон погиб под Мелитополем. Кушать совершенно нечего было, особенно зимой. Домашних животных и птиц в селе почти не осталось, невеж было их кормить. Редко у кого сохранились корова или коза, те еще жили. 1946 и 1947 годы были страшно неурожайными. На заработанный трудодень давали по 50 г. пшеницы или ячменя каждому работающему, остальное сдавали на хлебозаготовку.
Тех, кто работал в бригаде, 1 раз в сутки кормили супом (несколько кар¬тошек, пшено и зажарка с луком). Я этот суп запомнил на всю жизнь, так как вынужден был работать, чтобы поесть его. Из-за этого в школе не учился. Двое моих братьев Дмитрий и Степан и сестра Елена были младше меня.
В эти годы, чтобы дети не умирали с голода, открывали детские приюты. Дмитрия и Степана мать отвезла в детский приют в п. Ялта нашего района, а сестру Елену (эгей было 4,5 года) в детприют в Доброполье. Кстати ее нам удалось разыскать только в 2003 году, через 56 течение. Я тоже очень хотел попасть в приют, так как говорили, что там кормили 3 раза в день, но меня не взяли, считалось, что в 13 течение уже может работать и заработать еду. То, у кого была картошка на посадку, весной сажали, но год был такой неурожайный, что выкапывали как горох и за месяц съедали, а многие и не сажали, не было семян.
Запомнилось, что было очень много ворон и галок, они уничтожали всходы кукурузы, выдергивая ее вместе с проростком. Нас детей заставляли бегать по полям и гонят галок, ставит ловушки-хлопушки для этих вредителей.
Течением собирали колоски, ели лебеду, пили чай из солодкового корня, ловили капканами сусликов, варили их и ели.